США: от колоний к государству — III

Uncle-Sam-broke

В 1789 году США получили первое в своей истории правительство, перед которым встали сразу две основных задачи. Во-первых, как и куда развиваться стране, а во-вторых — как решить финансовую проблему. США были опутаны долгами перед иностранными кредиторами, индейцы гоняли американскую армию по долине Огайо, а в государственной казне гулял ветер. О том, как американцам удалось выпутаться из этой ситуации — очередная серия исторических зарисовок самарского историка Сергея Махова.

4 марта 1789 года был избран первый президент США. И стал, конечно же, Джордж Вашингтон. Вице-президентом избрали Джона Адамса. 30 апреля Вашингтона привел к присяге канцлер Нью-Йорка (глава Нью-Йоркского суда) Роберт Ливингстон, поскольку резиденцией президента на время был избран именно Нью-Йорк.

27 июня 1789 года была создана должность Государственного секретаря США (некое соединение министра иностранных дел и руководителя администрации президента), которую занял Томас Джефферсон. Министром финансов стал Александр Гамильтон. Военным министром Вашингтон назначил своего давнего друга Генри Нокса, министром почт и почтовой службы стал Сэмьюэл Осгуд, а генеральным прокурором избрали губернатора Вирджинии Роберта Рэндольфа. Собственно, именно эти семь человек и образовали первое правительство США. 1
Инаугурация Джорджа Вашингтона

Прежде всего, перед новым президентом и его командой стоял вопрос борьбы с Северо-Западной индейской конфедерацией племен, которая во всю наносила американцам поражение за поражением. В 1790 году у форта Уэйн был уничтожен отряд американской армии под командованием Йосии Хармара. В 1791-м вождь индейской Конфедерации Текумсе нанес поражение 2-тысячному отряду Артура Сент-Клера. Белые поселенцы в ужасе бежали из долины Огайо, и войне не было видно конца.
Но не менее проблемными были и вопросы в экономике. Собственно, именно эти вопросы раскололи правительство на два лагеря. Здесь антагонистами оказались Томас Джефферсон и Александр Гамильтон.

Томас Джефферсон хотел создать республику вольных плантаторов-фермеров, на которых горбатятся счастливые рабы. Вообще о неграх Джефферсон был самого определенного мнения: «никогда я не слышал, чтобы черный поднялся выше уровня простого повествования; никогда не видел даже элементарного намёка на живопись или скульптуру. Музыкально они более одарены, чем белые, в том смысле, что у них лучше слух на мелодию и ритм. Они уже продемонстрировали свою способность сочинять коротенькие простенькие мотивы. Способны ли они сочинить продолжительную мелодию или сложную гармонию до сих пор не ясно. Часто страдание рождает самые волнующие строки поэзии. Среди чернокожих, Бог ведает, страдания предостаточно, но нет поэзии».

Нет, Джефферсон на словах был против рабства. Он даже считал, что рабам надо дать свободу. Правда, экзотическим способом: «Надо вывезти наших черных в Вест-Индию и в Африку в надежде, что, возвратись в родные места, они будут так же свободны, как мы, и в то же время обогащены знаниями, почерпнутыми у нас». Но эти размышления совершенно не мешали Джефферсону-плантатору иметь рабов в своем поместье, ввести феодальное право «первой ночи» у себя в имении, «отпускать» рабов к другим хозяевам за выкуп и так далее. Более того, несмотря на свои обещания, до конца жизни Джефферсон так и не освободил ни одного раба. Резюмируя, Джефферсон мечтал о типичной банановой республике, такие чуть позже существовали в Латинской Америке в XIX веке.

2
Рабы на плантации в Вирджинии

Что касается Гамильтона – он видел будущее США как торговой и промышленной страны, с крупными городами, развитым производством, банками, сильной финансовой системой. Отсюда и разница в подходах к строительству государства. Гамильтон предлагал строить государство с сильной исполнительной властью, тогда как Джефферсона устраивала рыхлая, аморфная структура с армией, численностью в 840 человек, без флота, с минимальным чиновничьим аппаратом, который не получал жалования годами — в общем, та Америка, которая существовала до 1789 года. Отдельный вопрос был с созданием Банка США.

Гамильтон видел в этом возможность создать в стране государственный кредит, расплатиться наконец-то с долгами, сделанными в период войны за Независимость, а так же укрепить собственную валюту. Уставный капитал Банка оценивался в 10 миллионов долларов, из которых 2 миллионы – взнос правительства США. На остальные 8 миллионов выпускались акции в свободную продажу.

Это предложение встретило недвусмысленную оппозицию. Часть федералистов считала, что Банк должен быть полностью частным. Кроме того, очень боялись несменяемости директоров и то, что правительство США может набрать кредитов свыше тех самых 10 миллионов долларов, которые составляли уставный капитал.

Представители южных штатов видели в Банке инструмент для коррупции в правительстве, и это очень скоро подтвердилось. Ну и на сладкое – считали, что после создания Банка страна перейдет с серебра на бумажные деньги, а это спровоцирует инфляцию. Все-таки Вашингтон и Гамильтон продавили создание Банка США, и первое, что сделал президент – взял взаймы 40 тысяч долларов, чтобы поправить свои дела на плантации в Маунт-Верноне.

3
Джордж Вашингтон и Александр Гамильтон

Было выпущено 20 тысяч акций номинальной стоимостью 400 долларов. Поначалу спрос на акции был большой, но чуть позже в покупку акций влезли столпы финансового рынка – Уильям Дьюер, Александр Макомб и ряд других денежных мешков, которые стали скупать акции в большом количестве и под них получали в Банке кредиты, просто выгребая наличность. Наличность опять пускали на покупку акций, которые обменивали на серебро. В общем, схема «МММ» в чистом виде. Естественно цена на акции просела, куча частных кредиторов кинулась менять акции на деньги, в результате наличность Банка США оказалась исчерпана, и начался финансовый кризис 1792 года. С 29 декабря 1792 года по 9 марта 1793 года денежные резервы Банка США сократились на 34 %, что побудило банк не возобновлять почти 25 % своих ранее выданных 30-дневных кредитов. Чтобы погасить эти кредиты без использования нового кредитования многие заемщики вынуждены были продавать ценные бумаги, которые они приобрели, что вызвало резкое падение цен. И теперь спираль начала раскручиваться по нисходящей.

Гамильтон вмешался вовремя – он провел переговоры с банками штатов, правительство выделило 500 тысяч долларов для оплаты кредитов, было разрешено оплачивать акциями Банка США налоги и пошлины. Так же стоит упомянуть и «займ Свободы», облигации, которые выпускались американскими банками во время войны за Независимость. Их держателями оказались чаще всего бедные фермеры, солдаты, матросы, промышленные рабочие. Было решено погасить эти векселя по номинальной стоимости, однако Гамильтон заранее предупредил своих друзей-толстосумов, которые начали массовую скупку этих векселей за бесценок (в одну пятую, а то и одну шестую цены). В результате выплаты по номиналу достались именно денежным мешкам, а не простым людям.

Но денег все равно не хватало. Гамильтоном было инициировано создание Береговой Охраны, боровшейся с контрабандой в водах США, а также решили ввести акциз на виски. Правда, непонятно зачем снизили пошлины на импорт, по сути играя на руку английской экспортной торговле, но это уже дело десятое. Иногда создается ощущение, что Гамильтон больше заботился о благосостоянии Британии, нежели США.  Но давайте все же об акцизе на виски.

4
«Восстание Виски»

Проблема была в том, что на фронтире бутылка виски была своего рода валютой, и жители пограничных с индейцами территорий имели право беспошлинно гнать самогон, если употребляли его сами, без вывоза на продажу. Кроме того, виски был самой главной валютой в меновой торговле с индейцами, поэтому сразу с введением налога торговые отношения с краснокожими почти прекратились.

Этот налог полностью разорял мелких винокуров, но стимулировал крупных, которые платили акциз, при этом снижая качество алкоголя, и спокойно торговали им дальше. В общем, поселенцы и пионеры Дикого Запада взялись за оружие. Гамильтон пытался подкупить лидеров повстанцев, но он немножко забыл, что суровые пионеры ценят далеко не золото или серебро, а доброе ружье, свинец и… бутылку виски. Естественно подкуп не только провалился, но и возмутил поселенцев.

В результате на фронтир послали отряд Джона Невилла (кстати, по совместительству – владельца спиртоперегонных заводов на атлантическом побережье), и так началось знаменитое «Восстание Виски». Боевые действия разной интенсивности шли с 1792 по 1794 годы. Одновременно, не будем забывать,  регулярным войскам приходилось воевать с северо-западной конфедерацией индейских племен. Пионеры взяли штурмом резиденцию Невилла, был объявлен сбор в ополчение. Восставшие вошли в Питтсбург, сожгли амбары с акцизным виски и долговые документы.

5
Армия движется на подавление «восстания Виски»

В сентябре 1794 года в Пенсильванию ввели американскую армию – 12 тысяч штыков, для расправы над восставшими. В результате к октябрю восстание было подавлено. Смогли захватить в плен всего 10 человек, как считалось – злостных неплательщиков и наймитов англичан, однако двоих пришлось оправдать по всем пунктам, а восемь отделались мягкими приговорами.

Акциз же на виски полностью провалился – смогли собрать лишь 20 процентов от прогнозируемой суммы. И власти, напуганные таким выступлением, теперь закрывали глаза на неоплату этого налога. Вроде как он и был не отменен, но оплату его не контролировали, поэтому вскоре все перестали его платить.

В 1791 году разразился первый политико-сексуальный скандал. Гамильтон всегда был падок на женщин, особенно на замужних, и вот к нему на прием однажды пришла Мэри Рейнольдс с просьбой о помощи. Она говорила, что ее муж, Джон Рейнольдс, бросил ее с детьми и теперь ей не на что жить. По словам Гамильтона, он пожалел бедную девушку, но потом у него проснулись к ней чувства, и они стали любовниками. По словам Рейнольдс, Гамильтон предложил ей помощь, но за секс-услуги, вот прямо сейчас, в рабочем кабинете.

Через некоторое время в кабинете Гамильтона появился Джон Рейнольдс и, как деловой человек, предложил Гамильтону заплатить 400 долларов «за употребление его жены» под угрозой разоблачения и скандала. Гамильтон заплатил, причем не свои деньги, а казенные. Чуть позже Рейнольдсу были выплачены и другие суммы – 500, 400 и 200 долларов. Всего 1500 долларов. Кроме того, Гамильтон включил Рейнольдса в схему выкупа за бесценок облигаций «займа Свободы», на которых тот довольно неплохо заработал. Все это время встречи Марии и Гамильтона продолжались, причем, по словам женщины, «государственный секретарь по финансам не раз брал меня прямо в своем кабинете в извращенной форме».

6
Мария Рейнольдс

После слушания в Сенате конгрессмены осудили Гамильтона «за аморальное поведение», но сняли с него все обвинения в коррупции и растрате государственных средств. Чуть позже письма Гамильтона к Марии Рейнольдс попали в руки Томаса Джефферсона, который под псевдонимом опубликовал их в газетах, что чуть не привело к дуэли между Джеймсом Медисоном и Александром Гамильтоном. В дело по просьбе Медисона вмешался Аарон Бэрр, и объяснил Гамильтону, что он ошибается насчет своих обвинений. Конфликт был улажен. Но – слепая случайность судьбы! – позже (мы еще расскажем об этом) именно Бэрр на дуэли убил Гамильтона.

В Соединенных Штатах очень трудно, медленно и неповоротливо выстраивалась та структура, те прецеденты и условности, которые мы сейчас знаем и воспринимаем, как совершенно естественные. Из книги Яковлева «Вашингтон»:

«Сенаторы и конгрессмены считали, что на их плечи легла ответственность за будущее страны, и поэтому днями дебатировали сущие пустяки — какой употребить предлог или прилагательное. В разгар напряженных трудов законодателей в сенат явился Вашингтон в сопровождении Нокса, исполнявшего обязанности военного министра. Они пришли спросить мнение сената по поводу проекта договора с индейским племенем криков. Великая демократия вверяла ведение сношений с индейцами военным.

Вашингтон уселся в кресло вице-президента, смутившийся и злой Адамс нашел место в зале. Рядом с суровым президентом тяжело опустился на стул тучный Нокс. Начали читать текст договора. Из-за шума телег, доносившегося в открытые окна, услышали только, что речь идет об индейцах. Окна закрыли, и договор стали читать вторично. Сенаторы не схватили содержания на слух, последовали вопросы, неуместные замечания. Наконец внесли предложение вынести суждение после изучения договора. Вашингтон резко встал и очень громко сказал: «Мне не нужно было приходить сюда!»

Указав на толстяка Нокса, президент заявил, что озаботился привести министра для дачи необходимых пояснений, а дело отложено. С негодующим видом оба покинули зал. Через несколько дней Вашингтон снова явился в сенат выслушать вердикт. Договор был одобрен с незначительными поправками, но президенту пришлось просидеть почти целый день, напряженно вслушиваясь в пустопорожние дебаты — он стал туг на ухо. Когда Вашингтон уходил из сената, многие слышали, как он выругался: «Будь я проклят, если моя нога когда-нибудь будет здесь еще!».

Пустяковый повод, а главное, обида Вашингтона на своеволие сената создали важный прецедент — отныне и до сих пор на рассмотрение сената представляются уже подписанные договоры. Таким образом, не философские размышления или сложные теоретические построения уточнили место сената в системе государственного правления».

7
Вторая инаугурация Вашингтона

Тем временем Сенат и Конгресс разделились на две фракции. Поддерживающие Гамильтона назвали себя «федералистами». Сторонники Джефферсона именовали себя «республиканцами». Позже федералисты и республиканцы стали костяком Демократической и Республиканской партий в США, которые существуют и оспаривают друг у друга власть уже добрых 200 лет.

Разделились обе фракции и во внешней политике. Федералисты поддерживали налаживание отношений с Англией. Республиканцы делали ставку на Францию. Те, кто ориентировался на Британию, стояли за усиление федеральной власти, за создание нормальной армии и флота, за увеличение торговли (в основном с Британией же), и развитие производства. Сторонники же Франции видели будущее станы как создание ресурсно-экспортной державы, экспортирующей в Европу продовольствие, лес, пеньку и т.д.

В 1793 году американцы заключили с Англией торговый договор, так называемый «договор Джея». Несмотря на то, что это соглашение встретило бурю негодования у республиканцев, оно было выгодным для США – англичане освобождали несколько фортов на северо-западе Огайо, выплатили компенсацию за 250 захваченных американских судов (10 345 200 долларов), не препятствовали американскому судоходству на Великих Озерах. В свою очередь США выплатили компенсации британским купцам за потерю товаров и собственности во время войны за Независимость (3 000 000 долларов), выговорили себе минимальные пошлины при поставке своих товаров в Америку, получили режим наибольшего благоприятствования в торговле.

8
Подписание «договора Джея»

Кроме того, «договор Джея» помог скорейшему заключению американо-испанского пограничного и торгового договоров. Перед Испанией в полный рост встала перспектива альянса Британии и США, и американцы в результате получили беспошлинное судоходство на Миссисипи (Новый Орлеан тогда принадлежал Испании).

В 1797 году Вашингтон, отбыв два срока президентства, отказался от третьего, и президентом избрали Джона Адамса, которого многие считали проходной фигурой. На выборах ему оппонировали республиканцы – Томас Джефферсон и Аарон Бэрр. Но Джефферсон, имея все шансы выиграть, вел себя пассивно, единственным игроком у республиканцев оказался Бэрр, который умел хорошо ладить как с федералистами, так и со своими однопартийцами.

Тем не менее Адамс победил. В его президентство драки между федералистами и республиканцами продолжились, а в 1798 году США начали войну с Францией. Страну опять сотрясали восстания — теперь уже в Кваккертауне (Пенсильвания), где разгорелось так называемое «восстание Фрая». И опять в связи с новыми налогами, которые были совершенно нелогичны. В это же время был принят «Закон о подстрекательстве», который республиканцы сравнивали с английским «Законом об оскорблении Величества». Теперь про власть было нельзя писать плохо, иначе в лучшем случае пришлось бы заплатить штраф, а в худшем – попасть в тюрьму.

И вот в таких условиях начались выборы 1800 года. От республиканцев выдвигались Томас Джефферсон и Аарон Бэрр. От федералистов – Адамс и Пикни.

Аарон Бэрр был героем войны за Независимость, и что удивительно для политика США того времени – довольно честным человеком. Именно Бэрр был локомотивом, приведшим республиканцев к власти в 1801 году. Используя свое умение договариваться, Бэрр привлек на свою сторону не только однопартийцев, но и многих федералистов, которые, между прочим, совершенно не доверяли Джефферсону. В результате за Джефферсона и Бэрра было подано по 73 голоса, за Адамса – 65, за Пикни – 64.

По правилам тех лет президентом становился претенденте, набравший наибольшее количество голосов, но у Джефферсона и Бэрра количество голосов было совершенно одинаковое. И теперь решающее слово должен был сказать Конгресс. 11 февраля 1801 года началось голосование в Палате Представителей. Первый тур – Бэрр – 55 человек, Джефферсон – 51. Но Джефферсон победил в большем количестве штатов, и голосование назначили вновь. Равенство. Еще раз. Равенство! В первый день произошло 19 туров, но было абсолютное равенство, и это при том, что Бэрр отказался агитировать за себя и говорил, что не стремится быть президентом! При этом все федералисты встали именно на сторону Бэрра, а не Джефферсона!

Голосования длились семь дней. Равенство. Дошло до того, что конгрессмены пригрозили снять обе кандидатуры с голосования, и избрать другого президента. В результате все решил один голос – представителя от штата Дэлавэр Джеймса Байярда. Причем Джефферсон перед этим посулил Байярду любой пост в правительстве, который он захочет.

4 марта 1801 года Томас Джефферсон стал третьим президентом США, тогда как Аарон Бэрр – третьим вице-президентом. Можно открыто сказать – именно Бэрр выиграл эти выборы, но он добровольно отдал победу Джефферсону, надеясь на его порядочность. Вице-президент тогда не имел реальной власти, просто председательствуя в Сенате. Но Джефферсон, напуганный столь мощной поддержкой Бэрра, этого испуга ему не простил. Однако об этом уже в следующей, заключительной, серии нашего рассказа.

Aaron Burr

Предыдущие статьи Сергея Махова:

США: от колоний к государству — II

США: от колоний к государству — I

День Баррикад: майдан по-французски — I

День Баррикад: майдан по-французски — II

Деньги, пушки и корабли: как Петр I создавал Россию